комментарии
журнал "Вестник"

Дом Евангелия

важно знать
видеоролики
о церкви

Комментарии

День Реформации

12 Ноября 2013 г.

День Реформации

31 октября 1517 года Лютер прибил к воротам Виттенбергского Университета 95 тезисов. Так началась Реформация. Лютера можно назвать великим человеком: обновленцем, реформатором, политиком, социальным деятелем, создателем современного немецкого языка (Hochdeutsch) и богословом благодати. Однако Лютер являлся еще и тонким психологом, который на собственной шкуре познал как полную уверенность в своей греховности, так и полную неуверенность в Божественном прощении. Мартин вспоминал: «Иногда мой духовник отрезал мне, когда я повторял, обсуждая с ним свои глуповатые грехи: Ты – дурачок! Бог не сердится на тебя, напротив, это ты сердишься на Бога!»

До празднования 500-летия Реформации в Европе осталось четыре года. Для протестантов логично по этому поводу напоминать себе о богословии, политике, культуре и даже социологии этого явления. Реформация несет в себе важный посыл: необходимо не только постоянно очищать свои верования от примесей человеческих традиций, но и также постоянно делать свое богословие актуальным и современным для себя и окружающего мира. Однако есть вещи, которые остаются актуальными независимо от времени, в котором мы живем. Это наша уверенность в Божественном прощении. В этом смысле Лютер на фоне многих реформаторов был самым обеспокоенным человеком, испытавшем всю тревогу касательно своей судьбы после смерти.

В этой связи нужно упомянуть, что ранние беспокойства Лютера несли целиком и полностью средневековый богословский отпечаток. Таким образом, логично предположить, что Лютер обратился за средневековыми средствами и духовными традициями, дабы положить конец своим ужасающим терзаниям. Именно после того, как Лютер нашел эти средства недостаточными для удовлетворения своего духовного голода, он обратился к альтернативным путям для разрешения своих мучений. Для того чтобы понять тревоги и искушения Лютера, на него необходимо взглянуть в его контексте, т.е. окунуться в «исторический поиск» немецкого реформатора.

Ранний Лютер пытался найти удовлетворение своим беспокойствам в конфессиональной. Он утверждал: «Я пытался жить согласно Уставу со всем прилежанием. Я постоянно раскаивался, исповедуя и перечисляя свои грехи, и часто повторял свое исповедание и старательно исполнял данную мне епитимью. И все же моя совесть никогда не могла дать мне никакой уверенности, я все время сомневался и говорил: «Ты не сделал это надлежащим образом. Ты раскаялся недостаточно. Ты не включил это в свою исповедь. Чем больше я старался найти исцеление неуверенной, слабой и угнетенной совести в традиции людей, тем больше каждый день я находил ее более неуверенной, более слабой и более обеспокоенной».

Лютер вспоминает, что принял на себя серьезную монашескую нагрузку в плане исполнения определенной дисциплины. Говоря кратко, в средневековье существовало два взгляда на епитимью (греч. «наказание»), две традиции, которые гармонично уживались в одной католической церкви. Своим возникновением первая традиция обязана Дитриху Кольде из Мюнстера. «Христиане не могут исповедать свои грехи надлежащим образом, если они не имеют ни малейшего понятия, как распознать их», считал этот францисканец. Соответственно, Кольде помогает мирянину идентифицировать его или ее грехи, предоставляя несколько соприкасающихся парадигм: десять заповедей Моисея, пять заповедей церкви, семь смертных грехов, девять чужых грехов (т.е. грехи, совершаемые другими людьми, но которым содействуем мы или в которых мы получаем наслаждение), три открыто обсуждаемых греха, несколько негласных грехов (главным образом сексуальные) против природы, шесть грехов против Святого Духа и грехи распущенного языка. Грехи необходимо было идентифицировать. Тем, в свою очередь, кто их забывал, священники зачитывали списки различных как прегрешений, так и извращений. Любопытно заметить, что о некоторых грехах (чаще сексуального характера) исповедники узнавали в первый раз в конфессиональной. Дальнейшее любопытство и воспаленное сознание мирянина скорее служило тому, чтобы узнать о сущности этого греха на практике и тем самым разрушить девственное сознание христианской совести...

С противоположной стороны находится другая традиция, которая обязана своим появлением Иоганну фон Пальцу (ум. 1511 г.). Тогда как Колде писал для мирян, Пальц писал, применяя свои находки из сферы схоластического богословия для священников, которые ежедневно выполняли свои пастырские обязанности. Пальц, кстати говоря, нашел систему Колде весьма нереалистичной, поскольку обычный мирянин не является настолько способным к такому уровню самоанализа и раскаяния. Таким образом, Пальц устанавливает центр религиозного чувства уверенности и безопасности за институциональной структурой церкви, т. е. за таинствами и властью священников прощать грехи. Тем же, кто хочет иметь полную уверенность в том, что их грехи прощены, Пальц рекомендует вступить в монастырь.

Однако Лютер не проявил симпатий с минималистской программой Пальца. Уж слишком было сильно чувство вины пред Богом, чтобы проявить такую легковерность системе этого францисканца. Реформатор решил достичь полного освобождения от угнетающей его совести, выполняя рекомендации Кольде. Однако вскоре появился еще один вопрос: откуда мне знать, что я достаточно раскаиваюсь, достаточно отвечаю на требования епитимьи и пр.? Именно своей назойливостью Лютер стал раздражать своих братьев по монастырю и духовников. Тогда как мудрый совет Штаупица звучал: «делай то, что в твоих силах» (facere qoud in se est), тогда Бог дарует тебе свою благодать, в это время по-прежнему оставался актуальным вопрос, который был важен для Лютера и для его современников, опытным путем старающихся пережить теоретические вещи: «Откуда мне знать, сделал ли я для Бога все от себя зависящее?»

Как ты справишься с поставленной задачей на самом деле лучшим образом? Сельские священники, не имеющие соответственной богословской квалификации, отвечали очень просто: «Старайся изо всех сил…» (facere qoud in se est) и все будет путем... Это был типичный религиозный подход: усилие влечет за собой награду. Однако все это приводило к обратному результату: поскольку это оставляло верующего наедине со своими собственными усилиями, ресурсами, что привело к повышению неуверенности и отчаяния.

Другими словами, если я даю нищему 50 рублей, откуда мне знать, что мне стоило дать именно эту сумму, а не 100, 200 рублей? Если я был на евангелизации в течение двух часов в субботу, откуда мне знать, что этого было достаточно? Лютер запутался именно в этих вопросах, и спасло его чтение Послания Римлянам, Галатам и Псалтири. Бог прощает человека через его обращение под главенство Христа. По сути, Бог прощает человека только условно, т. е. «во Христе», т. к. в действительности Бог как справедливый Судья никого не прощает просто так. Звучит парадоксально, но так. Он прощает нас постольку, поскольку мы находимся «во Христе», т. е. принимаем Иисуса Христа как своего Спасителя, чья смерть имеет для меня лично искупительный и заместительный характер.

Однако есть и другой вопрос: как «спасаются» сегодня люди, живя на просторах Российской Федерации? Является ли спустя почти 500 лет вопрос спасения, искупления и уверенности в Божьем прощении актуальным и для нашего народа? Люди могут спасаться под вывеской религиозных институтов, «духовных скреп», символики и национализма. Однако только те, кто имеет особую чувствительность и интуитивность как Мартин Лютер могут глубоко осознавать, что такой символики и пронзительно кричащих вывесок явно не хватает. Реформация учит нас, что только надежное богословие и вера в прощение по благодати исходит от Бога согласно Библейским Писаниям. Казалось бы, наша духовная византийская культура напротив подчеркивает «неспасаемость» человека, полную неуверенность в деле спасения. Так в знаменитом монашеском рассказе старец Сисой, который провел 60 лет в монашестве перед смертью, робко заявляет, что даже не знает, положил ли он начало своему покаянию. И говорит он это, попросив у ангелов перед уходом в «тот мир» еще время на покаяние.

Конечно, не все люди имеют эмоциональную, интеллектуальную и нравственную потребность в уверенности о Божьем прощении. Кто-то в жизни похож на Мартина Лютера, а кто-то на авву Сисоя, который всю жизнь почтет за честь просить у Бога о милости, не зная, получил он ее или нет. Каждый христианин, можно признать, имеет свой темперамент. Однако важно при этом не забывать и ключевой богословский момент, как мы продолжаем свой христианский длительный путь ко дню воскресения из мертвых: полные неуверенности в своих отношениях с Богом или как Божьи дети, которые знают волю своего Отца и надежность пути, который они выбирают благодаря Его Слову?

Виктор Шленкин,
"Баптисты Петербурга" www.baptist.spb.ru




Колонка "Комментарии" является авторской рубрикой сайта "Баптисты Петербурга", мнение автора рубрики не является официальной точкой зрения Объединения церквей ЕХБ г.СПб и ЛО.



новости

7 Августа

Вифания 2017

Вифания 2017

1 Августа

Крещение в Волхове

Крещение в Волхове

24 Июля

«Свободный полет»

«Свободный полет»

29 Июня

Open Air 2017

Open Air 2017

4 Июня

Летнее крещение

Летнее крещение

новости на ваш e-mail
комментарии

4 Апреля

Жив, несмотря ни на что!

7 Января 2014 г.

Ксенофобия

24 Декабря 2013 г.

Евро- или рублемайдан
читать все комментарии